— А если продавцы озаботятся, почему мы выбрали частную квартиру?

— Вы скажете им, что избегаете внимания прессы. Для этого у вас есть серьезные основания. Если информация о сделке просочится в прессу, у меня, члена правительства, и у вас, моего внештатного помощника, возникнут серьезные неприятности по службе. Не волнуйтесь. Продавцы в любой момент смогут связаться со мной, а я подтвержу ваши полномочия.

Мафиозо, давно уже не получавший удовольствия от работы, почувствовал нечто очень похожее на азарт. Он любил такие вот многоходовые комбинации в первую очередь потому, что ему нравилась игра ума. Тот, у кого больше выдержки, быстрее реакция, острее ум, в конце концов получает «банк». Но деньги — вторичны. Они награда за верные ходы в тщательно продуманной и просчитанной партии. Почти как игра в преферанс. Только тут азартнее, интереснее, острее.

— Это всё? — спросил серьезно Сергей Борисович.

— Вам мало?

— Напротив. Это стоит куда больше тридцати процентов. Мои деньги, прикрытие, люди, охрана, квартира. Пятьдесят процентов. Это минимум.

— Тридцать пять. Ваши деньги будут возвращены, охрана практически ничем не рискует, а вы получаете за это двести двадцать семь миллионов долларов. Почти двести тридцать.

— Сорок пять процентов.

— Сорок. Помните, что сделку — через правительство и Антимонопольный комитет! — оформляю я, а значит, и рискую не меньше вашего. Покупатель на акции тоже мой. Плюс к этому вам наверняка не обойтись без моей помощи при переговорах с продавцами. К ним на голом криминале не подъедешь. Это очень богатые люди.

— Вы нас с кем-то путаете, — улыбнулся Сергей Борисович. — Мы не имеем отношения к криминалу. Тем не менее хорошо, пусть будет сорок два процента.